Marineta
Я бы хотела, чтобы мне было тридцать шесть лет и я носила чёрное атласное платье и жемчужное ожерелье (с)
Когда Драко узнал, что Грейнджер будет старостой, он подумал, что лучше бы вместо нее была Броклхерст, Эббот или еще какая-нибудь тихая чистокровная девочка. Нет, конечно, это назначение было предсказуемо, но общаться с гриффиндорской заучкой ежедневно, делить с ней кабинет, а в перспективе – пойти на выпускной бал… Малфою не нравилась эта девчонка: она дружила с Поттером и Уизли, она была с Гриффиндора, училась лучше Драко и умела его по-настоящему задеть. Меткая фраза – и ощущение триумфа уходит, удар – и Драко просто не знает, как на это ответить. У Малфоя соперничество с Поттером и компанией отнимало довольно много времени и усилий. Грейнджер не велась на провокации и реагировала, в случае необходимости, сходу и без размышлений.
Иногда после пикировок с ней Драко целые вечера искал достойный ответ. И не находил.
Но как коллега и напарник Грейнджер оказалась близка к идеалу. Им не пришлось бороться за лидерство – Дамблдор все решил сам, пригласив старосту девочек в Школу за две недели до начала семестра. Исходя из этого, и разделили обязанности. С директором и его заместителем общалась Грейнджер, ей же достались и сомнительная привилегия быть секретарем и ассистентом у всех авроров, которые вели Защиту, и переписывание набело документов для Министерства. На планерках старост именно она выдавала большую часть информации и поручений. Если бы Драко попросили выразить соотношение их усилий в цифрах, то он был бы вынужден признать, что выполняет не более сорока процентов работы.
Ему оставались лишь патрулирования, помощь Грейнджер во всех текущих мероприятиях и решение конфликтов среди учеников. Пока к Малфою еще ни один мальчик за помощью не обращался, наверное, репутация человека язвительного и недоброго помогала. И все равно почти ни на что не хватало времени.
Но такое распределение ролей Драко не устраивало. Ему не хотелось быть помощником Гермионы Грейнджер. Он работал на этой дурацкой должности, работал как мог, но оставался в тени гриффиндорской заучки, которая и без хроноворота успевала больше, чем он, которую и без обширных связей и родословной больше уважали учителя и ученики – просто за то, что она хорошая студентка, умная, ответственная, всегда готовая помочь.
Нештатные ситуации неизбежны. Что-то нестандартное случается в практике каждого старосты. И вот в ночь на субботу, тринадцатое сентября, юные рейвенкловки решили погадать.
В эту же ночь Драко не только окончательно смирился с тем, что его напарница – Гермиона Грейнджер, но и искренне обрадовался этому факту.
Она оказалась не такой, как другие девчонки. Пришла меньше, чем через пять минут, собранная и спокойная. Не полезла сразу на место проведения вышедшего из-под контроля эксперимента, а быстро допросила младшую Гринграсс. Она не паниковала, не кудахтала над детьми, как наседка, не кричала. Она носила с собой аптечку!
- Я думаю снять с них по пять баллов, Малфой, - сказала Грейнджер. – И утром с ними поговорю. И еще. Дафна с нашего курса не сестра случайно этой Астории?
Драко кивнул.
- Поставь ее в известность, наверное. Тут даже не в прогулке после отбоя дело, а в эксперименте. Эти чертовы свечи могли поджечь им волосы и одежду. Да что там, какая-нибудь тлеющая тряпка – и можно надышаться угарным газом… Хорошо, что это были только гадания! А если чары или взрыв зелья? В звукоизолированной комнате, куда есть доступ далеко не у каждого…
- Да, - Малфой решил, что задать этот вопрос сейчас как раз уместно, - кстати, а ты как туда прошла? Ты же вроде не поешь в хоре…
Девушка улыбнулась.
- Чистое везение. Я присутствовала, когда накладывали эти чары. Конечно, я против таких вещей, но раз профессор Флитвик счел это интересным… Я-то думала, что он потом заклинание снимет. Наверное, забыл.
- Надо завтра сказать, чтобы эти чары с двери убрали. Это не кабинет директора и не сейф Гринготтса. Я так и напишу в докладной.
- Да, ты прав…
Грейнджер кивнула. Выражение лица у нее было весьма довольное.
Драко понял, что до этого девчонка думала, что он за докладную не возьмется, а сама ее писать не хотела. Да за кого она его принимает? Стало обидно.
Драко представил, как это выглядит со стороны. Другие старосты видят, как он отмалчивается на планерках, ограничиваясь только сообщением графика консультаций у Снейпа и Слагхорна. Руководство Школы видит Грейнджер, которая приходит за расписаниями и другой информацией, протоколирует совещания, ее же МакГонагал и директор посылают с папкой документов на подпись к деканам, она же расчерчивает Филчу тетрадки для записи расходов… А Драко? Драко патрулирует коридоры и по мере сил помогает Грейнджер.
Малфой не считал себя трудоголиком. Но успешное исполнение обязанностей старосты влияло на его статус. Поэтому надо было приложить больше усилий и проявить себя. Грейнджер же как-то с учебой справлялась!.. Кстати, а отношения с ней следовало бы попробовать улучшить. Этого требовали и совместная работа, и нежелание наживать врагов на будущее.
- Грейнджер, спасибо тебе, - сказал Драко, когда они покинули Больничное крыло. – Я не знаю, как бы я справился с этим в одиночку.
Признание далось ему тяжело, но так было надо. Так было правильно.
- Обращайся, если что. Мы же делаем одно дело, - Грейнджер улыбнулась.
В этот момент Драко посмотрел на нее, мысленно вынеся за скобки ее происхождение, дружков и факультет. У Грейнджер было симпатичное лицо и приятная улыбка, только вид очень усталый.
- Ребята, какие планы на остаток дежурства? – нарушил хрупкую тишину Забини.
- Пожалуй, я пройдусь с вами, - ответила Грейнджер. – Не хочется что-то в комнате сидеть…
Драко шел чуть позади Блейза и Гермионы, которые вели вполне приятельскую беседу на тему домашней работы по нумерологии и пресловутой практической по рунам. Забини угостил гриффиндорку конфетой, она с искренней улыбкой поблагодарила.
«Вот умеют же люди!» - подумал Драко. Ему было трудно находить общий язык с окружающими и ладить с ними, Малфой вечно говорил что-то не то. А еще парню казалось, что на него с детства действует какой-то частный случай закона подлости: Драко всегда заставал нужных людей на месте, когда хотел с кем-то поговорить, но собеседники обычно оказывались заняты или не в духе.
Поэтому за годы учебы в Хогвартсе круг друзей и приятелей Малфоя расширился только за счет Блейза и полукровки Трейси, родителей которых никогда не приглашали на приемы в Мэнор. Драко хотел бы быть обаятельным, как Забини – легко находить правильные слова и темы, говорить комплименты, необидно шутить и рассказывать анекдоты… Но он так не умел.
Драко задумчиво смотрел на лунный пейзаж за окнами, мысли перескакивали с одного на другое… И вот неожиданно впереди идущий Забини остановился, и Малфой чуть не налетел на него.
- Внимание, вопрос! Драко, у тебя дома есть «Расширенный курс рунической магии» Уолша?
Вопрос был несколько неожиданным. Да и вспомнить сходу, что есть в огромной библиотеке Мэнора – та еще задачка.
- А тебе зачем?
- Тут из компетентных источников, - Блейз хитро подмигнул Грейнджер, - поступили сведения, что в книжках Уолша есть готовые ответы на наш практикум.
- Так, что еще за «Расширенный курс» и почему его нельзя взять в школьной библиотеке?
- «Расширенный курс рунической магии» Уолша – пятитомник, где даются обширные сведения о рунах вообще, и рассматривается применение их в алхимии, чарах и трансфигурации. По второму вопросу: профессор Баблинг тоже знает, где есть ответы к практикуму, и она распорядилась, чтобы до сдачи работ эти книги никому не выдавали без ее разрешения, - ответила Грейнджер.
- Ты лучше скажи, как он выглядит.
- Книги в серо-голубых обложках, большого формата. И о-о-очень толстые. – Грейнджер показала примерную толщину книги, сильно вытянув в разные стороны большой и указательный пальцы. – Это сравнительно новый курс, вышел в семьдесят девятом.
- Вроде были, - ответил Драко после недолго размышления. – Все тома нужны?
- А у тебя в задании алхимия или зелья?
- Алхимия.
- У нас с Блейзом тоже. Она вроде в пятом томе.
- Драко, напишешь миссис Малфой, чтобы она прислала книжку? – спросил Блейз.
- Конечно…
- Тогда мы с Гермионой с тобой дружим!
Драко ошарашено захлопал глазами. Нет, никогда ему не быть, как Забини. Чтобы после шести лет вооруженного нейтралитета через пять минут уже обращаться друг к другу по именам и стать почти приятелями, чтобы легко решать проблемы… Но благодаря этим двоим практикум по рунам не отнимет много времени и сил.
Коридоры, лестницы, галереи… Смешки, легкий стук каблуков, шелест мантий… Это словно не с Драко. В компании Блейза и Грейнджер он чувствовал себя на удивление легко, им не надо было объяснять очевидные вещи, как Гойлу и Крэббу, они не душили заботой, как Пэнси, не превращали разговор в словесную дуэль, как Трэйси.
На площадке наверху Астрономической башни Грейнджер остановилась, запрокинув голову и глядя в небо. Блейз же изучал пейзаж – лес и озеро. А Драко смотрел на своих спутников.
Больше его интересовала Грейнджер. Малфой знал, о чем думает Забини. Он сейчас запоминает открывшийся ему вид, чтобы потом нарисовать. Блейз любит панорамы природы. А вот Грейнджер… О чем она думала, глядя в небо?
И в этот момент Драко решился спросить.
- О чем ты думаешь? – голос его подвел, прозвучав слишком хрипло.
- О звездах… Астрономы еще не открыли ничего ближе Проксимы Центавра, да? А до нее четыре световых года… То есть, Лаванда вместе с профессором Трелони предсказывают будущее по чему-то, чему уже несколько земных лет. До альфы созвездия Девы куда больше. Двести шестьдесят с чем-то. И после этого я должна верить в гороскопы? А ведь есть и более далекие звезды… Это миллионы километров, Малфой! Мне сложно себе представить. Луч света летит в пустоте. Долго, безумно, безмерно долго… А где-то далеко вокруг желтого карлика крутится маленький шарик – наша Земля… Нас еще не было - я имею в виду людей как вид - быть может, еще Пангея не раскололась на континенты, а свет какой-нибудь далекой звезды уже летел в пустоте. И это тоже было чье-то Солнце. А потом их цивилизация пришла в упадок и погибла, они отравили свою планету ядерными взрывами или химическим оружием или просто тихо вымерли. На смену им пришли новые… А потом жизнь на том маленьком шарике перестала существовать. А на Земле зародилась. А луч света все летел и летел через космическое пространство. И вот он достиг Земли, а от тех, кто смотрел на него до нас (если они существовали), не осталось ни праха, ни памяти… Может быть, случилась катастрофа, и уже самой звезды не существует. А мы смотрим сейчас на небо, загадываем желания, гороскопы составляем. Этот свет пролетит дальше, через пару миллионов лет, когда с этой планетой случится что-то, чего мы сейчас вообразить себе не можем, его увидят какие-то другие существа в других галактиках… И они тоже будут думать, что звезды светят для них.
Голос у Грейнджер был звонкий, чистый. Она начинала говорить медленно, задумчиво, а потом начала тараторить, как будто эти мысли уже давно ждали момента быть высказанными.
- Это просто объекты, проходящие путь от газового облака до черной дыры, излучая частицы разных видов… А мы напридумывали себе всякого!.. Даже предсказываем что-то по звездам. А они далеко… И им все равно. Они не выстраивались особым порядком, знаменуя Вторую Мировую или что-то еще… Им все равно. Этот мир огромен, а мы маленькие и слабые. Сколько разных катастроф произошло, пока этот свет дошел до Земли. Он пронесся мимо других миров, где были расцвет и упадок, война и мир… Если где-то еще на пути этого света была жизнь. Знаешь, некоторые маглы верят в то, что инопланетяне существуют и даже прилетают к нам. Что где-то на других планетах есть столь развитая разумная жизнь. Они ищут доказательства. Пока ничего достоверного не нашли…
Грейнджер то ли поежилась от прохладного ветра, то ли пожала плечами.
- Я их понимаю, Малфой. Тут же дело не только в научном интересе или там обороне… Эта Вселенная – чертовски одинокое место.
Драко не понимал отдельные детали и термины, но в общем он был согласен с Грейнджер.
Девушка на секунду прикрыла глаза, а потом со вздохом заправила за ухо выбившуюся прядку.
- Извини, я совсем тебя заболтала, - сказала она со смущенной улыбкой.
- Все нормально, Грейнджер. Мне было интересно.
Делилась ли она такими мыслями с Поттером или Уизли? Они бы не поняли, наверное.
Вселенная – чертовски одинокое место, как она сказала. Эти рассуждения не вязались у Малфоя с образом жизнерадостной гриффиндорки, окруженной друзьями отличницы-выскочки.
Кажется, об одиночестве Гермиона Грейнджер знала намного больше, чем могло бы показаться со стороны…


@темы: Драмиона, Фанфики, Я пишу